Рефераты. Логический метод Гегеля






которое оно и развивается, предоставленное самому себе). «Что разумно, то

действительно, и что действительно, то разумно»[40].

Третий момент — опосредованное единство — представляет собой высшую

точку понятия, взятого в качестве триады, наиболее адекватное его

выражение, его истину. Разграниченность, позволившая на предыдущей ступени

начать процесс мышления, здесь преодолевается, и за отдельными конечными

определениями мы начинаем видеть объект как целое. Но это не то

неразличенное целое, которое составляло суть первого члена триады; сейчас

ступень множественности уже пройдена, и внутри объекта-единства в снятом

виде присутствует его структура. Идея (а в пределах логики третье начало

может быть обозначено как понятие или как идея) — это систематизированная

тотальность[41]. Сохраняя множественность, достигнутую во второй сфере,

объект снова становится единым; все внутренние противоречия, обнаруженные

«рассудком», преодолеваются по законам «разума», диалектической логики.

Третья сфера — это сфера диалектики.

Если трудность в понимании логических конструкций «рассудка»

определена их сложными взаимосвязями друг с другом и внутри себя, то для

перехода к третьей сфере надо научиться каким-то образом так охватывать

единым понятием противоречащие друг другу определения, чтобы они оказались

низведены в нем на степень момента. Нужно прочувствовать тот процесс, в

результате которого дискретное множество переходит в континуум, и

бесконечно малые, но все же прямоугольные абстрактные площадки вдруг

сливаются в площадь реальной криволинейной фигуры. Не составляет большого

труда уяснить, что такое бытие и как надо понимать ничто, получающееся из

бытия простым логическим отрицанием; но становление, которое есть и бытие и

небытие одновременно, есть их переход друг в друга, непрерывное движение,

где не за что зацепиться глазу, — сложно, непривычно, неуловимо.

Коль подсчитать... каждую секунду на земле более 10 человек умирает и

еще больше рождается. «Движение» и «момент»: улови его. В каждый момент

данный... Улови этот момент.[42]

Понятия третьей сферы наиболее конкретны, наиболее богаты смыслом,

поскольку они включают все бесконечное многообразие определений второй

сферы. Однако в собственной принадлежности третьего члена — только этот

переход, этот скачок от бесконечно увеличивающейся конечности к простой,

замкнутой в себе, абсолютной бесконечности. Поэтому описания понятий,

причастных последнему моменту триады, скупы и в значительной мере сводятся

к констатации объединяющего характера этих понятий. Гегель заканчивает

«Логику» категорией абсолютной идеи, в которой третье начало выражено с

максимальной силой (если ограничиваться первым томом «Энциклопедии»); вот

как она описана:

Когда говорят об абсолютной идее, то можно подумать, что здесь наконец

мы услышим настоящее объяснение, что здесь будет непременно дано все.

Истинным содержанием идеи является, однако, не что иное, как вся система,

развитие которой мы проследили. Можно также сказать, что абсолютная идея

есть всеобщее... как абсолютная форма, в которую возвратились все

определения, вся полнота положенного ею содержания. Абсолютную идею можно

сравнить в этом отношении со стариком, высказывающим то же самое

религиозное содержание, что и ребенок, но для первого оно является смыслом

всей его жизни.[43]

Как писал Энгельс, абсолютная идея Гегеля «абсолютна лишь постольку,

поскольку он абсолютно ничего не способен сказать о ней»[44], то есть

всеохватность оборачивается в ней практически полной бессодержательностью.

Это и неудивительно: она — зеркальный двойник чистого бытия,

бескачественного начала гегелевской спекуляции. Абсолютная идея

представляет собой совокупность всех знаний, которые были или когда бы то

ни было будут получены человечеством; как таковая она недостижима и есть

лишь предел последовательности сменяющих друг друга картин мира. Однако для

Гегеля, объективного идеалиста, идея существует сама по себе до природы и

человека и является их причиной.

Движение в первой сфере логики, сфере бытия, выступало в форме

перехода в другое (оно сопровождалось потерей бытия объекта), во второй — в

форме видимости в другом, рефлексии. Движение в сфере понятия — это,

наконец, полноценное развитие, где новый объект диалектически одновременно

и тождественен исходному, и отличен от него (поскольку все, что имеется в

новом понятии, уже присутствовало «в себе» в старом). «Движение понятия мы

должны рассматривать как игру: полагаемое этим движением другое на деле не

есть другое»[45].

Как уже говорилось выше, из трех философских методов, относящихся к

сфере формальной логики, метафизика сопоставляется у Гегеля с первым членом

триады, а кантианство — со вторым. Третьим моментом в данном случае

выступает учение «непосредственного знания» Ф.Г. Якоби, провозгласившее,

что мышление постигает только особенное, конечное, а истина с его помощью

недостижима. Истина — предмет интеллектуального созерцания, веры, она то,

что дано непосредственно; любое же опосредование превращает истину в ложь.

По сути, Якоби пытается пробиться сквозь рамки рассудка, пытается увидеть

реальность за разграничивающими ее познавательными абстракциями. Но при

этом он остается в рамках конечного (формально-логического) метода: «Только

обыденный, абстрактный рассудок берет определения непосредственности и

опосредования как самостоятельные, абсолютные определения и мнит, что в них

он обладает устойчивостью различения; таким образом, он создает себе

непреодолимые трудности, когда хочет их соединить»[46]. В этом учении

рассудочное философствование фактически возвращается к своему началу, к

картезианской метафизике. Путь его развития окончен, триада «метафизика —

кантианство — непосредственное знание» завершена. Требуется следующий шаг —

переход от рассудка к разуму, от формальной логике к диалектике, от систем

XVII-XVIII вв. к философии Гегеля.

Завершая обзор трех моментов логического, приведем несколько примеров

триад из гегелевской «Логики».

|Понятие-триада | |Моменты | |

| |Первый |Второй |Третий |

|логика |бытие |сущность |идея |

|бытие |качество |количество |мера |

|чистое бытие |чистое бытие |ничто (небытие)|становление |

|действительност|субстанциональн|причинность |взаимодействие |

|ь |ость | | |

|идея |жизнь |познание |абсолютная идея|

Подводя итог, можно сказать, что Гегель в любом понятии выделяет три

момента: непосредственное единство, распадение во множественность и

опосредованное единство; каждый из них сам, в свою очередь, есть новое

понятие. Вот как описывает триадический процесс Гегель, придерживаясь

стиля, который был в моде в первые века уходящего тысячелетия: «Абсолютное,

как бы по своей доброте, отпускает от себя единичности, чтобы они

наслаждались своим бытием, и это же наслаждение само затем гонит их обратно

в абсолютное единство»[47]. В рамках теории познания движение от первого

члена триады к третьему может быть рассмотрено как движение от абстрактного

к конкретному, так как вначале о понятии ничего не известно, кроме факта

его существования (бытия), затем понятие рассекается на отдельные

абстракции, которые, однако, более содержательны, чем исходная пустота, и

позволяют уже что-то сказать о сущности изучаемого объекта, и, наконец, все

эти абстракции сливаются в одну окончательную идею, дающую адекватное

знание о понятии. Можно было бы предположить, что переходы между моментами

триады — это анализ и последующий синтез, но, по Гегелю, «это

поступательное движение столь же аналитично, сколь и синтетично:

аналитично, так как имманентной диалектикой полагается лишь то, что

содержится в непосредственном понятии; синтетично, так как в этом понятии

это различие еще не было положено»[48]. Действительно, если понимать анализ

и синтез как манипуляции с частями объекта, которые сначала рассматриваются

сами по себе, а потом с точки зрения взаимодействия в системе, то

гегелевская спекуляция не может быть сведена к чередованию анализа и

синтеза. Вместо системы Гегель говорит о тотальности, его первый и третий

логические моменты характеризуются некой сплошностью, полным единством, в

котором нельзя выделить никаких составных частей. (Можно сказать, что в них

бесконечно много бесконечно малых частей.) Анализ и синтез — принадлежность

рассудка, а не диалектики, которая «содержит их в самом себе как

снятые»[49].

Триадичность — чрезвычайно общее свойство логики и следовательно, по

Гегелю, всего мироздания. Она рекурсивна: каждый момент триады вновь может

быть рассмотрен в виде триады, и любое понятие несет на себе в той или иной

пропорции свойства всех трех сфер логики (а их соотношение целиком и

полностью определяет рассматриваемое понятие). На вопрос «что такое

триадичность?» можно ответить, что это соотношение логики, природы и духа;

или бытия, сущности и идеи; и так далее для каждой ступени. Членение триады

верхнего уровня повторяется в подчиненных триадах; воспользовавшись

примерами из помещенной выше таблицы, определим жизнь как бытие идеи,

причинность — как природу действительности, становление — как идею чистого

бытия. Можно рассказать о триадичности в терминах единства -

множественности - целостности (как это предпочитает делать Гегель и как это

Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8



2012 © Все права защищены
При использовании материалов активная ссылка на источник обязательна.